Депортация за преступления: какие судимости ведут к депортации

Почему судимость важна в иммиграционном праве

Иммиграционное право учитывает уголовное прошлое в двух разных перечнях. Основания для депортации в INA § 237, 8 U.S.C. § 1227 применяются к людям, которые были допущены в страну, — например, к законным постоянным жителям и обладателям виз. Основания недопустимости въезда в INA § 212(a)(2), 8 U.S.C. § 1182(a)(2) применяются к людям, добивающимся допуска или грин-карты, в том числе к тем, кто въехал без прохождения пограничного контроля. Одно и то же правонарушение может подпадать под один перечень и не подпадать под другой, поэтому первый вопрос — всегда статус человека.

У судимости могут быть четыре отдельных последствия, и каждое определяется по своему правилу:

• Основание для депортации — правительство указывает его в Уведомлении о явке в суд (NTA, форма I-862) и должно доказать его в процедуре депортации.
• Содержание под стражей — некоторые правонарушения влекут обязательное содержание под стражей без слушания об освобождении под залог.
• Препятствия для защиты — например, тяжкое уголовное преступление исключает отмену депортации для постоянных жителей и убежище.
• Усмотрение — даже если защита доступна, иммиграционный судья взвешивает уголовное прошлое против благоприятных факторов.

Простое введение в сам перечень оснований для депортации — в нашей статье «Основания для депортации: почему человека, уже находящегося в стране, могут выслать».

Что считается «судимостью» для иммиграционных целей

В иммиграционном праве есть собственное определение — в INA § 101(a)(48)(A), 8 U.S.C. § 1101(a)(48)(A). Судимость — это официальный обвинительный приговор, вынесенный судом. А если вынесение решения о виновности было отложено, это всё равно судимость, когда выполняются оба условия:

1. судья или присяжные признали человека виновным, или человек признал вину или заявил nolo contendere («не оспариваю»), или признал факты, достаточные для вывода о виновности; и
2. судья назначил какую-либо форму наказания, взыскания или ограничения свободы.

Поэтому «отложенное вынесение решения о виновности», отсроченный приговор или программа альтернативного урегулирования, которая требовала признания вины и испытательного срока, штрафа или занятий, могут считаться судимостью для иммиграционных целей, даже если по закону штата дело считается прекращённым. Каждую программу нужно оценивать по её собственным условиям.

Наказания. Согласно INA § 101(a)(48)(B), «срок лишения свободы» или «наказание» включает срок заключения, назначенный судом, независимо от полной или частичной отсрочки исполнения этого наказания. Наказание в один год, исполнение которого полностью отсрочено, всё равно считается наказанием в один год для тех категорий тяжких уголовных преступлений, которые зависят от срока не менее одного года.

Отменённые судимости и изменённые приговоры. Апелляционный совет по иммиграционным делам (BIA) постановил в решении Matter of Pickering, 23 I&N Dec. 621 (BIA 2003), что судимость, отменённая исключительно по причинам, связанным с исправлением или с трудностями иммиграционного характера, а не из-за процессуального или материально-правового дефекта уголовного дела, не устраняется для иммиграционных целей. Генеральный прокурор США применил тот же принцип к наказаниям в решении Matter of Thomas & Thompson, 27 I&N Dec. 674 (A.G. 2019): распоряжение суда штата, которое изменяет, уточняет или иным образом меняет наказание, учитывается только в том случае, если оно основано на процессуальном или материально-правовом дефекте исходного уголовного производства, — но не если оно основано на исправлении или на стремлении избежать иммиграционных последствий.

Тяжкие уголовные преступления

«Тяжкое уголовное преступление» — иммиграционный термин, определённый в INA § 101(a)(43), 8 U.S.C. § 1101(a)(43). Чтобы правонарушение подпадало под это понятие, оно не обязано быть фелонией или отягчённым преступлением по закону штата. Иностранец, осуждённый за тяжкое уголовное преступление в любое время после допуска в страну, подлежит депортации согласно INA § 237(a)(2)(A)(iii). В перечне более двадцати категорий; среди тех, что встречаются чаще всего:

• убийство, изнасилование или сексуальное насилие над несовершеннолетним (§ 101(a)(43)(A));
• незаконный оборот контролируемых веществ, включая федеральное преступление, связанное с оборотом наркотиков (§ 101(a)(43)(B));
• насильственное преступление по определению 18 U.S.C. § 16, «за которое срок лишения свободы [составляет] не менее одного года» (§ 101(a)(43)(F));
• кража (включая приобретение краденого) или кража со взломом со сроком лишения свободы не менее одного года (§ 101(a)(43)(G));
• правонарушение, связанное с мошенничеством или обманом, при котором ущерб потерпевшему или потерпевшим превышает $10 000 (§ 101(a)(43)(M)(i));
• отмывание денег на сумму более $10 000, некоторые правонарушения, связанные с незаконным оборотом оружия и взрывчатых веществ, а также покушение на любое из перечисленных правонарушений или сговор с целью его совершения (§ 101(a)(43)(D), (C), (E), (U)).

Определение применяется к федеральным преступлениям и преступлениям по законам штатов, а также к иностранным преступлениям, если срок лишения свободы за них был отбыт в течение предыдущих 15 лет. Оно применяется независимо от того, был ли приговор вынесен до 30 сентября 1996 года, в этот день или позже.

Два момента часто удивляют людей. Во-первых, для категорий (F) и (G) значение имеет назначенное наказание, включая любую его отсроченную часть, — поэтому мелкая кража, квалифицированная как мисдиминор, с отсроченным наказанием в 365 дней может оказаться тяжким уголовным преступлением. Во-вторых, Верховный суд США постановил в деле Sessions v. Dimaya, No. 15-1498 (U.S. Apr. 17, 2018), что «остаточная оговорка» 18 U.S.C. § 16(b), включённая в иммиграционное определение, неконституционна из-за неопределённости; «насильственное преступление» теперь оценивается по § 16(a) — оговорке об элементах состава.

Последствия — самые суровые в иммиграционном праве: тяжкое уголовное преступление исключает отмену депортации для постоянных жителей (INA § 240A(a)(3)) и считается особо тяжким преступлением, исключающим убежище (INA § 208(b)(2)(B)(i), 8 U.S.C. § 1158(b)(2)(B)(i)). Больше примеров — в нашей статье «Тяжкое уголовное преступление: иммиграционный термин, который означает не то, что кажется».

Преступления, связанные с моральной низостью

Понятие «преступление, связанное с моральной низостью» (CIMT) в законе не определено; его значение сложилось за десятилетия практики ведомств и судов. Подпадает ли правонарушение под это понятие, зависит от элементов состава конкретной статьи, по которой вынесен приговор. BIA постановил в решении Matter of Silva-Trevino, 26 I&N Dec. 826 (BIA 2016), что категориальный и модифицированный категориальный подходы (о них ниже) составляют основу для решения вопроса о том, является ли судимость CIMT.

Основания для депортации (INA § 237(a)(2)(A)(i)–(ii)). Иностранец подлежит депортации за:

• одно CIMT, совершённое в течение пяти лет после даты допуска (десяти лет для некоторых постоянных жителей согласно § 1255(j)), если за это преступление может быть назначено наказание сроком один год или более, — учитывается возможный максимум, а не фактически назначенное наказание; или
• два или более CIMT в любое время после допуска, не вытекающих из единого преступного замысла, независимо от того, отбывал ли человек заключение.

Недопустимость въезда (INA § 212(a)(2)(A)(i)(I)). Человек, осуждённый за CIMT или признавший совершение его основных элементов, недопустим к въезду. Исключение для «малозначительного правонарушения» в § 212(a)(2)(A)(ii) применяется к человеку, совершившему только одно такое преступление, если максимально возможное наказание не превышало одного года, а назначенное наказание — шести месяцев; есть также узкое исключение для единственного правонарушения, совершённого в возрасте до 18 лет более чем за пять лет до подачи заявления. См. нашу статью «Преступления, связанные с моральной низостью: понятие, которое определяет исход дел».

Правонарушения, связанные с наркотиками, оружием и домашним насилием

Контролируемые вещества

Согласно INA § 237(a)(2)(B)(i), иностранец, осуждённый после допуска за нарушение любого закона, касающегося контролируемых веществ (по определению 21 U.S.C. § 802), либо за сговор или покушение, подлежит депортации — с одним исключением: однократное хранение для личного употребления не более 30 граммов марихуаны. Человек, который после допуска является или являлся злоупотребляющим наркотиками или наркозависимым, также подлежит депортации (§ 237(a)(2)(B)(ii)). Что касается недопустимости въезда, нарушение, связанное с контролируемыми веществами, — включая признание его элементов, — делает человека недопустимым к въезду по § 212(a)(2)(A)(i)(II), а человек, о котором правительство «знает или имеет основания полагать», что он занимается незаконным оборотом, недопустим к въезду по § 212(a)(2)(C) даже без судимости.

Верховный суд постановил в деле Mellouli v. Lynch, 575 U.S. 798 (2015), что судимость по закону штата за хранение принадлежностей для употребления наркотиков не повлекла депортацию, поскольку материалы дела не связывали её с веществом из федеральных перечней контролируемых веществ. В деле Moncrieffe v. Holder, 569 U.S. 184 (2013) он постановил, что судимость по закону штата за сбыт марихуаны, которая не устанавливает ни вознаграждения, ни количества больше небольшого, не является тяжким уголовным преступлением.

Оружие

Судимость после допуска по любому закону за покупку, продажу, использование, владение, хранение или ношение огнестрельного оружия или разрушительного устройства в нарушение закона — либо за покушение или сговор с этой целью — является основанием для депортации согласно INA § 237(a)(2)(C). Незаконный оборот оружия и ряд федеральных преступлений, связанных с оружием, также являются тяжкими уголовными преступлениями.

Домашнее насилие, преследование, жестокое обращение с детьми и охранные ордера

Согласно INA § 237(a)(2)(E), иностранец, осуждённый после допуска за преступление, связанное с домашним насилием, преследованием или жестоким обращением с ребёнком, пренебрежением его нуждами или оставлением, подлежит депортации. «Преступление, связанное с домашним насилием», — это насильственное преступление по 18 U.S.C. § 16, совершённое против человека, состоящего с виновным в одном из перечисленных в законе отношений (нынешний или бывший супруг, человек, с которым есть общий ребёнок, сожитель и другие лица, защищаемые законами о домашнем насилии). Отдельно подлежит депортации человек, в отношении которого суд установил, что он нарушил ту часть охранного ордера, которая защищает от реальных угроз насилием, неоднократных преследований или телесных повреждений, — для этого основания требуется вывод суда, а не уголовная судимость.

Недопустимость въезда или основания для депортации: почему статус меняет анализ

Эти два перечня частично совпадают, но не тождественны:

• Признание или судимость. Недопустимость въезда может основываться на признании элементов CIMT или преступления, связанного с наркотиками, без судимости. Для депортации по § 237(a)(2), как правило, нужна судимость.
• Несколько судимостей. Согласно § 212(a)(2)(B), человек, осуждённый за два или более правонарушения любого вида с совокупным сроком лишения свободы пять лет и более, недопустим к въезду независимо от того, были ли эти правонарушения связаны с моральной низостью.
• Сроки. Основание для депортации за одно CIMT охватывает только преступления, совершённые в течение пяти лет после допуска; у основания недопустимости въезда такого ограничения нет.
• Вейверы. Вейвер, предоставляемый по усмотрению согласно INA § 212(h), может снять некоторые основания недопустимости въезда — кто имеет на него право, объясняется в нашем руководстве по недопустимости въезда. Что касается депортации, § 237(a)(2)(A)(vi) предусматривает, что основания, связанные с CIMT, тяжкими уголовными преступлениями и бегством от полиции на высокой скорости, не применяются после полного и безусловного помилования Президентом США или губернатором штата.

Поэтому у человека, подающего на грин-карту, у человека, въехавшего без прохождения пограничного контроля, и у постоянного жителя с одинаковым уголовным прошлым последствия могут быть совершенно разными.

Категориальный подход: сравнивается статья закона, а не факты

Чтобы решить, подпадает ли судимость по закону штата под федеральную категорию, иммиграционные судьи и суды, как правило, применяют категориальный подход. Как объяснил Верховный суд в деле Moncrieffe, фактические действия человека не имеют значения: суд сравнивает элементы статьи закона штата, по которой вынесен приговор, с «родовым» федеральным определением, и судимость подпадает под категорию только тогда, когда наименее предосудительное поведение, охватываемое статьёй, соответствует федеральной категории. В деле Esquivel-Quintana v. Sessions, 581 U.S. 385 (2017) Суд постановил, что для преступлений, связанных с половыми отношениями с лицом, не достигшим возраста согласия, и основанных исключительно на возрасте участников, родовое федеральное определение «сексуального насилия над несовершеннолетним» требует, чтобы потерпевшему было меньше 16 лет.

Если статья предусматривает альтернативные элементы, модифицированный категориальный подход позволяет изучить ограниченный набор документов дела (например, обвинительный документ и признание вины), чтобы установить, какая из альтернатив легла в основу приговора. Некоторые категории устроены иначе: в деле Nijhawan v. Holder, 557 U.S. 29 (2009) Суд постановил, что ущерб в $10 000 в категории мошенничества определяется по конкретным обстоятельствам правонарушения, а не по элементам статьи.

Эти правила сложны технически, и исход может зависеть от того, в каком именно подпункте признана вина, и от практики федерального апелляционного округа, в котором рассматривается дело. Поэтому так важны формулировки соглашения о признании вины и материалы о судимости.

До и после признания вины: Padilla и пересмотр после осуждения

В деле Padilla v. Kentucky, 559 U.S. 356 (2010) Верховный суд постановил, что Шестая поправка обязывает защитника по уголовному делу сообщить клиенту-иностранцу, влечёт ли признание вины риск депортации. Если закон не является кратким и однозначным, защитнику достаточно предупредить, что обвинения могут повлечь неблагоприятные иммиграционные последствия; если же последствие в виде депортации действительно очевидно, защитник обязан прямо об этом сказать. Получит ли защиту человек, которого не предупредили, зависит также от того, докажет ли он, что это причинило ему ущерб.

Для человека, у которого идёт уголовное дело, практический вывод таков: иммиграционные последствия нужно проанализировать до признания вины — обвинение, подпункт, наказание (включая любую отсроченную часть) и формулировка признания могут решить, будет правонарушение основанием для депортации или нет.

Для человека, который уже осуждён, отмена приговора или изменение наказания учитываются в иммиграционном суде, только если они основаны на правовом дефекте уголовного дела, согласно Pickering и Thomas & Thompson (см. выше). Отмена приговора из-за нарушения требований Padilla или из-за другого конституционного или процессуального дефекта — это тот вид распоряжения, который может быть признан; отмена, предоставленная лишь для того, чтобы избежать депортации, — нет. Если приговор отменён после вынесения постановления о депортации, донести это изменение до иммиграционного суда, возможно, поможет ходатайство о возобновлении дела.

Содержание под стражей и защита в иммиграционном суде после осуждения

Обязательное содержание под стражей. INA § 236(c), 8 U.S.C. § 1226(c) требует, чтобы Иммиграционная и таможенная полиция США (ICE) брала под стражу при освобождении из-под уголовного ареста людей, недопустимых к въезду или подлежащих депортации по перечисленным уголовным основаниям. После принятия в 2025 году Закона Лейкен Райли § 236(c)(1)(E) распространяется также на людей, недопустимых к въезду из-за въезда без прохождения пограничного контроля, введения властей в заблуждение или отсутствия документов, которым предъявлено обвинение, которые арестованы, осуждены или признали совершение кражи со взломом, кражи, хищения, магазинной кражи, нападения на сотрудника правоохранительных органов или преступления, повлёкшего смерть или тяжкий вред здоровью. Наши руководства по слушаниям об освобождении под залог и содержанию под стражей объясняют, когда судья всё же может назначить залог.

Защита, которая может остаться. Судимость не всегда означает конец дела. В зависимости от правонарушения и материалов дела иммиграционный судья может рассмотреть:

• Отмену депортации для постоянных жителей (INA § 240A(a)), если человек не был осуждён за тяжкое уголовное преступление и отвечает требованиям о пяти и семи годах, — о правиле остановки отсчёта времени см. наше руководство по отмене депортации.
• Изменение статуса с вейвером, если правонарушение допускает вейвер, — см. изменение статуса.
• Убежище, запрет на высылку и защиту по Конвенции против пыток (CAT). Тяжкое уголовное преступление исключает убежище. Для запрета на высылку тяжкое уголовное преступление (или преступления) с совокупным наказанием не менее пяти лет является особо тяжким преступлением согласно INA § 241(b)(3)(B), а при меньшем сроке преступление всё равно может быть признано особо тяжким. См. наше руководство по убежищу.

Поскольку каждый из этих вопросов решает иммиграционный судья на основании материалов дела, взгляд с позиции иммиграционного суда важен с первого дня: какое основание правительство может доказать, что на самом деле показывают материалы о судимости и какая защита остаётся доступной. Общую картину форм защиты см. в разделе защита от депортации; если судья уже вынес решение, см. раздел апелляции в BIA.

Если вы хотите, чтобы иммиграционную сторону уголовного дела вёл бывший иммиграционный судья вместе с вашим адвокатом по уголовным делам, см. нашу страницу адвоката по иммиграционным последствиям уголовных дел.

Фирму Carlos Maury Law возглавляет Carlos Maury, бывший иммиграционный судья США; чтобы обсудить, как уголовное обвинение или судимость влияет на ваше иммиграционное дело, звоните по номеру (213) 769-0050. Мы говорим по-испански.